 |
"Закон интифады": быть или не быть (05.06.07)
Как сообщают сегодня ивритоязычные СМИ, министр юстиции Даниэль Фридман распорядился в течение двух недель подготовить государственный законопроект для повторного принятия "Закона интифады". Этот закон впервые был принят в 2002 году. Он освобождал государство от выплаты компенсаций за материальный ущерб, причиненный палестинцам с начала интифады в результате "невоенных действий". Против этого закона выступили девять правозащитных организаций, в первую очередь "Адалла". При рассмотрении поданной ими апелляции в декабре 2006 года Высший суд справедливости аннулировал данный закон.
По мнению Даниэля Фридмана Верховный суд изначально не должен был отменять "Закон интифады", формулировки которого, так долго и тщательно прорабатывались прокуратурой и юридическим советником правительства. Глава минюста считает, что речь идет почти о беспрецедентной практике, когда один народ, находящийся в состоянии конфликта с другим, выплачивает тому какие-то компенсации, практически во время военных действий.
По оценке экспертов министерства юстиции, чтобы повторно принять "Закон интифады" потребуется изменить основной закон, дабы четко прописать, что полномочия Верховного суда на него не распространяются.
В связи с инициативой Фридмана Информагентство "Курсор" обратилось за комментарием к президенту адвокатской русскоязычной коллегии Эли Гервиц.
Комментарий адвоката Эли Гервица
Утверждение о том, что Высший суд справедливости страдает повышенным активизмом, отменяя направо и налево законодательные акты Кнессета, не может не вызывать улыбку. По статистике, представленной на недавно состоявшемся симпозиуме израильской адвокатской гильдии, за 15 лет существования основных законов Верховный суд всего лишь семь раз постановлял, что законотворчество Кнессета носит антиконституционный характер. И даже в таких случаях Высший суд справедливости не огульно отменял целые законы, а только вмешивался в содержание отдельных параграфов.
Что же касается собственно инициативы Фридмана, то не секрет, что министры, в том числе глава минюста, назначаются на свои должности с учетом их убеждений и приоритетов. Фридман никогда не скрывал своего стремления ограничить полномочия Верховного суда в контексте вмешательства в законотворческую деятельность Кнессета. Злые языки даже поговаривают, что это послужило единственной причиной, по которой из всех профессоров, с уходом Хаима Рамона, министром юстиции был назначен именно он. Однако министры приходят и уходят, а если мы будем менять основные законы, в соответствии с узкой персональной конъектурой, то конечно далеко не уедем".
|
|
 |
